Anti-aging pills: is it a time for human implementation?

The investigations aimed at human life extension have traditionally raised concerns that it can lead to the growth of the older population and, consequently, to the high prevalence of aging-associated chronic pathologies. Numerous studies have, however, demonstrated that experimental life extension is usually accompanied by delayed or reduced morbidity including cardiovascular disease, neurodegeneration, and tumors. Currently, many pharmacological agents targeting aging-related functional declines and pathological manifestations (‘anti-aging drugs’) are under development. Among them, there are antioxidants (vitamins A, C and E, quercetin, melatonin, coenzyme Q10, fermented papaya preparation, etc.), calorie restriction mimetics such as resveratrol, rapamycin and metformin, autophagy inductors such as spermidine, phytochemicals, e.g., curcumin, genistein, catechins, epigallocatechin gallate (EGCG) etc., putative enhancers of cell regeneration, and several other natural and chemical compounds. In experimental studies, many these substances have been identified as having life-extending properties. The table below presents lifespan-promoting effects of the most promising anti-aging compounds which mimic calorie restriction, observed in widely used model organisms such as nematode worms, fruit flies and mice.

It should be, however, noted that evidence remains limited regarding the overall health benefits of these substances, including epidemiological studies exploring the consequences of their long-term intake for human health. Furthermore, there is evidence that uncontrolled intake of some anti-aging drugs, e.g., antioxidants, can be useless or even harmful.

Currently, the USA FDA does not recognize aging as a medical condition. Such viewpoint, however, seems rather contradictory. Indeed, aging process is normally accompanied by many health problems which are commonly recognized as medical issues. Among them, there are atherosclerosis causing hypertension, heart attacks and strokes, muscle loss resulting in sarcopenia, decrease in bone density leading to osteoporosis, and atrophy of brain tissues causing dementia. All these states are commonly occurring in humans, classified as diseases and require medical intervention. The consequence is that, e.g., in the U.S. more than a quarter of total Medicare spending occurs in the last year of life of elderly persons without any improvement to their quality of life. A growing debate has, therefore, emerged over the past years regarding the issue whether aging could be classified as a disease.

Recently, the FDA policy on the matter became less rigorous. In particular, the examination of the potential of antidiabetic drug metformin in reducing the risk for aging-associated pathologies such as cognitive impairments, cardiovascular disease and cancer in non-diabetic persons has been approved. This agent was chosen for clinical evaluation since it has been previously shown to be able to reduce mortality of patients with type 2 diabetes compared to matched, non-diabetic controls. The goal of the Targeting Aging with Metformin (TAME) clinical trial is to treat 3,000 volunteers aged 70 to 80 years for 5 to 7 years and see whether the development of age-related conditions might be delayed. If successful, this study would be the first demonstration that a particular drug may delay the onset of various aging-associated human diseases. This FDA’s decision can be indicative of the shift of its position on anti-aging pharmacology from the regulations for cosmetic products to updated regulations for prevention and treatment of age-related chronic disorders. It might provide a possible regulatory pathway for further clinical trials of pharmacological agents designed to slow the aging process.

Atlas of Science

Publication

Longevity-Promoting Pharmaceuticals: Is it a Time for Implementation?
Vaiserman AM, Marotta F
Trends Pharmacol Sci. 2016 May

Александр Вайсерман о современной геронтологии

DSC_0003

 

В классической литературе можно встретить фразы наподобие: «В комнату зашла старушка 40 с лишним лет». Сейчас люди стали выглядеть моложе на 20-30 лет. Этот тренд связан с улучшением уровня жизни, питания, медикаментов. Отсюда и эффект акселерации, люди очень сильно выросли за последние 50 лет, например, женщины в Южной Корее – больше чем на 20 см. Так же сильно повысилась и продолжительность жизни. Если мы будем читать исторические исследования – были волны, когда менялось представление о том, когда человек становится старым. Наибольший рывок человечество сделало за последние 100-150 лет благодаря технологической революции.

все интервью в журнале Репортер

Микробы любят за вас

spotted-flies-circle.001В 1989 году поставили эксперимент, который 20 лет потом не могли объяснить. Группу мух дрозофил разделили и посадили в разные условия, довольно жесткие для них – одни питаются средой с мальтозой, другие с крахмалом и так 10 поколений. Необъяснимо вот что: через столько поколений мухи из одной группы упорно не хотят скрещиваться с мухами из другой группы, при возможности выбирать конечно. Даже если 2 конкретные мухи, как и их предке, жили в разных комнатах, были помыты перед встречей от остатков еды, они все равно как-то чувствуют что у них есть что-то общее – тяжелая жизнь предков на одном и том же корме. Для эволюции эти 10 поколений – почти нечто, никаких генетических изменений произойти так быстро не может. А мозг у мух это всего 130 000 клеток, это меньше чем ушко в иголке, ни о каком воспитании поколений речи не идет. Для средней сложности любви такого мозга хватает: партнер может нравится/не нравится, есть ритуальные песни и танцы вокруг партнера, но на воспитание и передачу информации потомкам уже не хватает оперативки. Read more »

Эпигенетика: невидимый командир генома

Знаете ли вы, что наши клетки обладают памятью? Они помнят не только то, что вы обычно едите на завтрак, но и чем питались во время беременности ваши мама и бабушка. Клетки хорошо помнят, занимаетесь ли вы спортом и как часто употребляете алкоголь. Память клеток хранит в себе ваши встречи с вирусами* и то, насколько сильно вас любили в детстве. Клеточная память решает, будете ли вы склонны к ожирению и депрессиям. И во многом благодаря клеточной памяти мы отличаемся от шимпанзе, хотя имеем с ним примерно одинаковый состав генома. Эту удивительную особенность наших клеток помогла понять наука эпигенетика.doc_photo

Статья на Биомолекула

Как списки Forbes и теракты помогают ученым понять биологию пола

Теоimages (1)рия Триверса-Виларда говорит о том, что вероятность рождения мальчика или девочки зависит от того, в каких условиях находятся родители. Если самке (женщине) плохо – рождается меньше мальчиков, если все вокруг хорошо – больше. Мальчиками вообще часто жертвуют, потому что они в популяции выполняют факультативную роль, от их недостачи вид не пострадает, в крайнем случае ими придется делиться. Теория очень спорная, но интересная, как и исследователи, которые ее доказывают (и таки доказывают!). Оказывается, что после теракта 11 сентября в США у женщин начало резко больше умирать эмбрионов мужского пола чем женского (самый ранний научно-зафиксированный закос от армии). А если посчитать соотношение М/Ж у детей 400 миллионеров из списка Форбс (зачатых, по мнению з̶а̶в̶и̶с̶т̶н̶и̶к̶о̶в̶ ученых, в комфортных условиях) то там серьезно перекос в сторону парней, в отличии от детей женщин из списка тех, кто работает на «стрессовой работе», там больше дочерей рождается. Видно в помощь мамам. В общем соотношение М/Ж среди потомков можно рассматривать как некий индикатор благополучия популяции.
Есть и уточнения этой теории, которые говорят, что если эффект и есть, то он реализуется только в определенных условиях. Одно из них как раз и вышло в последнем номере журнала Природа.
В живой природе вообще соотношение полов регулируется часто и микробами (у дрозофил) и температурой среды (у крокодилов). Но вот влияет ли что-то на соотношение полов у людей кроме случайного попадания сперматозоида с Х или Y хромосомой в яйцеклетку, мы пока точно не знаем.
Кстати число половых актов тоже тоже влияет на вероятность рождения детей определенного пола. Но это уже совсем другая история.

Read more »

О прошлом и теперешнем генетики

Почти вечные медузы

Когда медузе Turritopsis dohrnii становится скучно жить, она превращается в полип – половонезрелую и еще наивную форму себя. Трансдиференциируется. И все начинается заново, растет, взрослеет, превращается в половозрелую медузу. Это единственное потенциально вечное существо на нашей планете, из сложных. И не просто долгоживущих, а еще и постоянно “омолаживающихся”. Проверить долговечность такого потенциала сложно, потому что животное прихотливое оказалось, но пока никто не опроверг. По той же причине.

Если бы они умели думать, интересно какого они мнение о последних новостях за последние 10 млн лет?

diver,illustration,jellyfish,art,print,anêmonas-3a383b9286d305d57bac2a87c4d3b419_h

Голуби способны эффективней людей распознавать раковые клетки

Очередные средства американских налогоплательщиков пошли вот на что. Оказывается голубы в силу своего неординарного зрения (они могут детектировать 5 цветов а не три, как мы и поле зрения у них шире), прекрасно справляются с поиском раковых клеток на фотографиях препаратов рака груди. Вот стоит голубь за планшетом с 9 до 6 с перерывом на обед и клюет если видит раковые клетки на экране. Пока что один голубь не дотягивает по эффективности такого анализа до врача онколога, но несколько независимых птиц анализируют картинку с эффективность 99%, что намного лучше чем получается у их американских человеческих коллег.
МОЗ и Минобразования в опасности

Эта работа является продолжением работы исследователей, которые ранее показали что голуби не хуже людей, определяют человеческие эмоции по выражению лица на фото. Зачем такой навык птицам ученые пока не знаюsn-pigeons_1т, но думаю голубиная почта скоро выйдет на новый уровень.

Об исследовании 

Оригинал статьи 

Про узнавание лиц птицами

Эпигенетика здоровья

Еще недавно ученые полагали, что каждый из нас является просто суммой генов наших отцов и матерей, а наш образ жизни, пища, привычки и характер никак не влияют на гены будущего потомства. Но в последние годы оказалось, что это не так. Тщательные исследования образа жизни однояйцевых близнецов и семейных историй болезни показали: от того, как жили наши родители и прародители, зависит, чем будем болеть мы и даже наши дети и внуки. Новая наука не отменяет генетику. Та по-прежнему ведает собственно генами. А вот то, как реализуется в клетках генетическая информация, – по части эпигенетики. Как удачно разъяснила доктор Эмма Вайтло из Института медицинских исследований в Куинсленде, «мы наследуем от родителей хромосомы, которые только на 50% состоят из ДНК. Остальную половину составляют белки, которые несут эпигенетические маркеры»

Продолжение

molecular_men_women_469586421

Продлевает жизнь не диета а друзья